Мифо-наименования и из-вергения - Страница 7


К оглавлению

7

Он выудил из разряженного воздуха толстую книгу и принялся ее листать. Мне так не терпелось услышать, о чем он сообщит, что я пока оставил этот маленький фокус без комментариев, но поклялся, когда представится удобный случай, распросить Кальвина о его «скромных способностях».

— Давай посмотрим… Известь… Извоаре… Извр! Хочешь послушать статистические данные или мне сразу перескакивать к интересному?

— Пока дай мне только суть.

— Ладно. Здесь сказано так, цитирую: «Извр: одно из немногих измерений, где магия и технология веками развивались в равной мере. Такая смесь создала уникальную для всех известных измерений культуру и образ жизни. Извращенцы славятся своей надменностью, поскольку твердо убеждены, что их измерение обладает всем самым лучшим во всех областях, и громко отстаивают это убеждение везде, где бывают. Несмотря на убедительные доказательства, что другие измерения, специализирующиеся исключительно на магии или технологии, явно превзошли Извр в этих областях. К несчастью, изверги сильны и обладают дурным нравом и жестокостью, поэтому немногие желают спорить с ними на эту тему. »

Будучи уроженцем Пента, измерения не блещущего ни магией, ни технологией, я счел эту запись весьма впечатляющей.

Кальвин же нашел ее очень забавной.

—… "Несмотря на убедительные доказательства… » Мне это нравится! — усмехнулся он. — Погоди, вот увижу этого хвастуна.

Почему-то я счел его замечания слегка обидными.

— Скажи-ка, Кальвин, — обратился я к нему, — а что говорит твоя книга о Джинджере?

— Какая книга?

Я оторвал глаза от пешеходного движения и взглянул на него. Он невинно отряхивал руки. Книги нигде не было видно.

Я только открыл рот, готовый пригласить его высказаться об этом маленьком фокусе с исчезновением, когда что-то врезалось в меня и отшвырнуло к стене с такой силой, что искры посыпались из глаз.

— Куда ты прешь, Коротышка?

Последняя фраза исходила от маленького, кругленького индивида, с которым я столкнулся. Он остановился передо мной и стоял, стиснув кулаки, слегка нагнувшись вперед, словно удерживаемый невидимыми спутниками. Толстый или нет, но выглядел он достаточно крепким, чтобы проходить сквозь стены.

— Извините… я сожалею, — промямлил я, слегка тряся головой, стараясь избавиться от плавающих у меня перед глазами пятен.

— Ну… в следующий раз гляди, — пробурчал он. Толстяк сначала не хотел прерывать нашу стычку, но затем круто повернулся и замаршировал по тротуару.

— Не следовало позволять этому толстому зазнайке брать тебя на понт, — посоветовал Кальвин. — Будь на высоте.

— А почему ты думаешь, что он брал на понт? — поинтересовался я, продолжив путь, стараясь обогнуть теснившихся на дороге извергов. — Кроме того, он достаточно здоровенный, чтобы раздавить меня, как клопа.

— Однако, он поднял неплохой вопрос, — продолжил джин так, словно я ничего не говорил. — Куда именно ты идешь?

— Вперед по улице.

— Я имею в виду «к какой цели?» По-моему, ты сказал, что телефонный справочник ничем не помог.

Несмотря на миллионы жителей, в найденном нами изврском телефонном справочнике оказалось менее дюжины страниц. Очевидно, число невнесенных номеров было в этом измерении очень велико — еще одно доказательство общительного характера здешних граждан. Пока я листал справочник, мне пришло в голову, что Ааз так долго пребывал со мной в иных измерениях, что едва ли был занесен в справочник, даже если б тот содержал полный список.

— повторяю, мы идем вперед по улице, — повторил я. — Кроме того, я не знаю куда мы идем. Ты это хотел услышать?

— Тогда зачем мы двигаемся? — не отставал джин. — Разве не лучше будет подождать, пока определим план действий, прежде чем начнем передвигаться?

Я обогнул медленно идущую пару.

— Когда я иду, мне лучше думается. Более того, я не хочу привлекать к нам ненужное внимание, подозрительно таясь в переулках, пока составляю план.

— Эй, вы! Задержитесь на минутку!

Эти последние слова грянули так громко, что на мгновение победили уличный шум. Оглянувшись, я увидел идущего ко мне целеустремленным шагом изверга в мундире, похожего на гигантского бульдога с чешуей.

— Что это? — Спросил я сам себя.

— По-моему, это то, что ты назвал «ненужным вниманием»… известным также в некоторых измерениях под названием «легавый».

— Вижу. Просто не могу понять, что ему от меня надо.

— Что вы сказали? — Потребовал ответа легавый, останавливаясь передо мной.

— Я? Ничего, — ответил я, едва успев вспомнить, что он не был в состоянии видеть и слышать Кальвина. — Что случилось, сержант?

— Возможно, вы. Посмотрим. Как вас зовут?

— Не говори ему! — Прошептал мне на ухо Кальвин.

— Почему? — Вырвалось у меня, прежде чем я сумел подумать.

— Потому что в мои задачи входит следить за подозрительными личностями, — пробурчал легавый, сочтя мой вопрос адресованным ему.

— За мной? Чего я сделал такого подозрительного?

— Я следую за вами уже пару кварталов и видел, как вы все время обходили пешеходов. Я даже видел, как вы перед кем-то извинились и… слушайте, вопросы здесь буду задавать я. Итак, как вас зовут?

— Пошли его подальше! — Посоветовал Кальвин. — У него нет ордера или чего-нибудь в этом роде.

— Скив, сэр, — ответил я, отчаянно пытыясь игнорировать джина. Только мне и не хватало сейчас нажить неприятностей с местными властями. — Сожалею, если веду себя странно, но я не здешний и немного дезориентирован.

7